Время и Смерть


Мы видим, что предыдущие поколения и империи уничтожены временем, но всё же считаем, что мы ему неподвластны. (Из истории можно извлечь лишь один урок - история так ничему нас и не учит.)

Все существа в этом материальном мире подчинены рождению и смерти и проходят 6 жизненных фаз: рождение, рост, сохранение, производство побочных продуктов, увядание и смерть.

Со временем всё либо улучшается, либо ухудшается. В основном, всё ухудшается. Всё уже не такое, как раньше.

Когда-то можно было доверять ближнему, сейчас я не думаю, что это возможно.

Когда-то деньги были золотыми. Теперь это лишь клочки грязной бумаги, которую можно помять.

Когда-то убийство было преступлением. Теперь убивают, не нарушая законов.

Казалось бы, в школе должны быть знания. Но чаще всего там слепой ведет слепого.

Как правило, мы не считаем время своим другом. Мы скорее вспоминаем текст из Бхагавад-гиты (11.32): «Я — время, великий разрушитель миров, несущий гибель всему живому».

Время — безличная форма Кришны в этом мире (Кала Рупа). Именно давление времени позволяет нам видеть, как наша жизнь сокращается и дает стимул усиливать нашу преданность Богу.

Наша преданность может быть очень слабой, но фактор времени — это тот огонь, который усиливает наше желание предаться. Особенно тогда, когда мы видим, как беспомощно мы приближаемся к смерти. Например, когда уходят наши родственники или друзья-преданные. Время и смерть делают нас смиренными. Это позволяет нам видеть истинную природу этого материального мира и стремиться к вечному.

У нас мало времени на достижение совершенства. Как гласит английская пословица, «время не ждёт».

Поэт Чанакья сказал: «Сколько золотых ни дай, времени обратно не вернешь».

Джордж Харрисон пел: «Что бы я ни пробовал в этой жизни, ничто не сравнится с искусством умирать».

Кажется, что время существует и в духовном мире. Утром Кришна встает, доит коров, затем завтракает, идет с друзьями в лес, а вечером возвращается в деревню Вриндавана. Однако надо понимать, что это не то время, которое известно нам здесь. Все эти игры существуют одновременно; каждый миг присутствует вечно.